Ораи
А у меня не все дома, да и дома то нет. А может, он есть, но сломан, а поломка где-то во мне.
Застряла на середине АУшного фичка по Ведьмаку. Дальше пока ни в какую. Может, если кто пнет меня отзывом, птица-еж таки куда-нибудь долетит.


Детлафф все летел и летел туманом по ветру нигде надолго не задерживаясь. Гнев уступил место тоске. Захотелось покоя, места, где никто его не потревожит. Подходящее место нашлось неподалеку от крупного людского города - Новиграда. Несмотря на близость города, место было совершенно безлюдным. Большое, заброшенное и когда-то несомненно красивое поместье. Оно и сейчас выглядело величественно, несмотря на заросший сорной травой двор, выбитые оконные стекла и облупившиеся стены. Принимая облик черноволосого мужчины перед закрытыми парадными дверями, Детлафф уже знал, что останется. Вот только...
Некто в плаще с капюшоном кинулся на него, размахивая ржавой лопатой. Вампир легко ушел от удара, переместился за спину обитателю поместья, полоснул когтями. Потом еще и еще раз, потому что противник и не думал умирать. Значит не человек, Детлафф убил достаточно людей, чтобы знать, что после таких ударов они не выживают. Может, разве что ведьмаки... Но защитник поместья ведьмаком не был, в чем Детлафф убедился, наконец, одолев его и заглянув под капюшон. Какая-то магическая тварь, подумал он, чувствуя легкое покалывание в носу. Пахло магией. Тем лучше, решил он, заходя в дом. Люди магию не любят, значит, его не побеспокоят.
Дом ему понравился. Темный и мрачный сейчас, но несомненно наполненный красотой и уютом в прошлом. На стенах висели картины. Детлафф смахнул пыль с одной и замер. Художник был несомненно талантлив. Он переходил от одной картины к другой, захваченный зрелищем. Рассматривая портрет девочки в черном платье с фиолетовой розой в руке, Детлафф вдруг застыл и прислушался. Вот оно, снова, словно писк комара над ухом, где-то наверху. Биение человеческого сердца.
Поднимаясь наверх, он собирается покончить со всем быстро. Скорее всего там забытый родственниками старик, медленно умирающий в заброшенном поместье. Или разбойник, скрывающийся от правосудия. В первом случае убийство будет милосердием, но втором - наказанием. И несомненно предпочтительнее соседства с высшим вампиром.
Однако увиденное в спальне, комнате, где находилось последнее живое существо в поместье, заставило Детлаффа удержать свою руку. На огромной кровати, роскошном супружеском ложе лежала молодая женщина. В расшитом жемчугом черном платье, черноволосая, она неприятно напомнила Детлаффу о Ренаведд... Сианне. Все же, он не спешил оборвать ее жизнь, а подошел ближе, рассматривая. Когда-то она, несомненно, была красива. Но сейчас, явно не двигавшаяся и не евшая много дней, напоминала мертвеца, которым практически и являлась. Вампир помедлил, потом протянул руку, провел пальцами по ее шее, легко прижал артерию, ощутив под пальцами упорное биение жизни. И осторожно подняв умирающую на руки, понес ее прочь из комнаты.
— Куда ты несешь нашу хозяйку? — спросил позади него бесплотный голос.
Детлафф обернулся. Незамеченные прежде, позади него сидели двое. Черный кот и черный пес. И пялились на него безразличными пустыми глазами. Опять магия. Но пока они не нападают, ему плевать.
— Вниз, — коротко сказал он и вышел за дверь.
Он сам толком не знал, почему пожалел ее. Возможно это было своеобразным искуплением за смерти всех тех людей в Туссенте. А может, просто необходимость отвлечься от мыслей о предательстве Рены. Сианны! Даже имя ее было ложью!
Злясь и щеря клыки собственным мыслям, он, тем не менее, начал работать, обустраивая жилой угол. Девушку необходимо было накормить, в отличие от Региса она не могла регенерировать на вампирской крови и была намного более хрупким созданием.
— В доме есть еда? — спросил он, не оборачиваясь. Черные кот и пес наблюдали за ним, он это чувствовал.
— Госпожа Ирис давно перестала есть. — ответила одна из тварей. — Вскоре после того, как господин Ольгерд оставил ее.
— Я не спросил, когда и почему она перестала есть. Есть ли в доме человеческая еда? — в голосе Детлаффа явно слышался приказ.
— Мы принесем. — ответили магические животные и растворились в тенях.
После их ухода Детлафф подошел к резной кушетке, на которой в беспамятстве лежала хозяйка дома. Осторожно, но особенно не церемонясь, он распорол заскорузлое черное платье у нее на спине и стащил его. Принес воды и обтер истощенное тело.
Вернулись кот и пес, один с котелком еще горячей гречки, второй с целым мешком, в котором нашелся хлеб, сыр, бутыль вина и яблоки. Похоже, поживились в ближайшей деревне. Детлафф не стал спрашивать.
Следующие несколько дней оказались посвящены экспериментам. Оказалось, что человек без сознания не в состоянии употреблять твердую пищу. Первый раз попробовав накормить Ирис, Детлафф чуть не убил ее окончательно, когда пища застряла в горле. После этого он попытался сварить похлебку, вспоминая, как это делала Сианна. Но получившееся бурое варево выглядело настолько несъедобным, что вампир, гадая, что он сделал не так, выплеснул его в разбитое окно. На помощь снова пришли звери-демоны. Мясной бульон, добытый ими, постепенно начал возвращать девушке человеческий облик. Примерно через неделю Ирис впервые пришла в себя.
— Кто... ты... такой? — прошелестела она, глядя на Детлаффа мутными светло-зелеными глазами.
— Вампир. — коротко ответил он, повернувшись к ней спиной. Он ждал испуга, но она только вздохнула.
— Понятно. — и тут же спросила. — Почему ты не дал мне умереть?
— А ты так хочешь умереть? — Детлафф почему-то избегал смотреть ей в глаза и говорил более грубо чем хотел.
— Мне... незачем жить. Мой муж ушел, оставил меня. — Она замолчала, прикрыв глаза тонкой рукой. Детлафф молчал тоже. Ему было знакомо это чувство потери. Он испытал его когда ушла, исчезла Ренаведд. Он долго искал ее, не верил, что его бросили. Как ни странно, после ее смерти это чувство не стало более острым, наверно, в глубине души он знал, что потерял ее, еще тогда.
— Разве в мире тебе больше ничто не дорого? Только твой муж? — Пожалуй, теперь он был готов дать ей успокоение. Если она попросит, он убьет ее. Скорее всего, духи кота и пса уйдут вместе с ней, а значит, он останется один, как того и хотел.
— Мои родители мертвы, — ответила Ирис. — Разве что живопись... Но когда Ольгерд... когда все стало плохо, я больше не могла рисовать.
— Ты художница? — поднял брови Детлафф. — Скажи, а картины на стенах, твоя работа?
Она слабо улыбнулась.
— Да. Ольгерду они когда-то нравились. Он хотел устроить мне выставку.
— Но что-то пошло не так? — закончил за нее Детлафф.
— Все. Все пошло не так. — ответила она, ее голос казался бы резким, если бы не был так слаб.
Он не стал расспрашивать дальше. Просто поднес к ее губам кружку с горячим отваром и заставил выпить, чувствуя себя неуютно под внимательным взглядом зеленых глаз и от того, как тонкие пальчики невесомо цеплялись за кожу перчаток. Слаба как котенок. Убить ее можно позже. Когда... когда она окрепнет? Мысль была абсурдной, но он не стал пристально ее рассматривать.
Следующие недели стали временем знакомства. Ирис не отвергала его заботу и не заговаривала больше о смерти. Постепенно она начала проявлять любопытство и, пусть не сразу, но выведала его историю. Но, так же, как она не выказала страха, встретившись с вампиром, она не осудила его. Детлафф знал, что ее собственный муж был разбойником и колдуном. Возможно это, а может и пережитое отчаяние, притупившее другие чувства, сыграли роль в том, что Ирис не видела причин плохо относиться к убийце. Они разговаривали, все больше и больше, оказалось, у них немало тем для разговора. Больше чем с Реной, невольно думал Детлафф, получив возможность сравнивать.
Через какое-то время Ирис начала вставать. Почти сразу она сбежала из дома в сад, где стала проводить все больше времени. Как-то Детлафф нашел ее перед посеревшим от непогоды мольбертом в старой беседке.
— Я решила вернуться к рисованию, — сообщила она, улыбаясь ему. — Попозируешь мне?
— Не смею отказать даме, — Детлафф поддержал ее игривый тон, слегка поклонившись. — Как мне встать?
Ирис нахмурилась, размышляя, а Детлафф невольно вздрогнул, глядя на нее. К ней стремительно возвращалось очарование, и постепенно - красота. Еще немного и история повторится.
— Вот здесь, в проеме беседки, — решила Ирис, указав ему место. — В полутьме, но рядом с ярким светом, еще можно добавить яркое пятно, может быть, цветок?.. — Она увлеченно пошарила глазами по саду, прикусила губу, наткнувшись взглядом на розовый куст, отвернулась, но тут же оживилась. Позабавленный Детлафф смотрел, как она почти вприпрыжку, как девчонка, бежит по саду и возвращается с алым маком, все еще в утренней росе.
— Прекрасно, — заключила она, передав цветок Детлаффу и оглядев его с ног до головы. — Приступим.
Размышляя позже об этом лете Детлафф думал, что оба они стали лекарством от тоски друг для друга. Ни он, ни Ирис старались больше не заговаривать об Ольгерде и Сианне, хотя иногда она все еще становилась замкнутой и печальной, старалась поменьше находиться в доме, напоминавшем ей о муже, и избегала общества черных пса и кота. А те, в свою очередь почти перестали показываться на глаза ей и Детлаффу.
запись создана: 11.06.2018 в 09:42

@темы: фанфики, Ведьмак